Срок на реформу: как изменится управление украинской ГТС в 2019 году

logo


 Мария Цатурян, заместитель главного редактора РБК-Украина

Для украинской газотранспортной системы 2019 год — решающий. От того, удастся ли правительству и НАК «Нафтогаз Украины» провести ключевую реформу компании — анбандлинг, во многом зависит возможность привлечь иностранные инвестиции для ГТС и сохранить транзит российского газа по территории Украины после завершения действия текущего контракта с «Газпромом». Для достижения этих целей газотранспортные активы с 1 января 2020 года должны управляться новым независимым оператором, получившим одобрение и украинского отраслевого регулятора, и европейских партнеров. Как реформируется структура «Нафтогаза», и какие задачи должны быть решены до конца этого года — в материале РБК-Украина.

До конца этого года НАК «Нафтогаз Украины» предстоит завершить одну из ключевых реформ, о старте которой в Украине было объявлено еще четыре года назад. Речь идет об отделении из структуры НАКа газотранспортных активов (анбандлинге) и передаче функций по транзиту газа от «Укртрансгаза» новому независимому оператору ГТС — компании «Магистральные газопроводы Украины» (МГУ).

Анбандлинг предусмотрен профильным законом о рынке газа и евродирективами Третьего энергетического пакета ЕС. Согласно европейскому законодательству, активы по транспортировке, добыче и поставке газа не могут быть сосредоточены в руках одного собственника. Анбандлинг будет считаться успешно завершенным, когда МГУ получит подтверждение своего независимого статуса от украинского отраслевого регулятора и Секретариата Энергетического сообщества ЕС.

В декабре РБК-Украина публиковало интервью с главами наблюдательных советов НАКа Клэр Споттисвуд и МГУ Вальтером Больцем. Поводом для общения стало заявление компании МГУ об отсутствии сотрудничества с «Нафтогаз Украины» и опасениях, что газовая компания не готова передавать новому оператору управление ГТС. Тогда главы обоих набсоветов заверили издание, что сумели преодолеть разногласия, и рассчитывают, что после успешного завершения анбандлинга Украине удастся привлечь европейские компании в качестве партнеров ГТС.

О том, что «процесс анбандлинга затягивается», в конце прошлого года заявил и глава Секретариата Энергосообщества Янез Копач: «Было много планов «Нафтогаза», но все они устарели. Анбандлинг должен быть проведен таким образом, чтобы оператор ГТС мог получить сертификацию (подтверждение независимого статуса оператора, — ред.) до конца следующего года, пока не закончился действующий транзитный контракт. Только это обеспечит стабильность и долгосрочность нового транзитного контракта».

На каком этапе сейчас анбандлинг «Нафтогаза»?

Согласно отчету, который в конце прошлого года представили топ-менеджмент и главы набсоветов НАКа и МГУ, участники процесса по-прежнему обсуждают возможные модели анбандлинга и планы по его реализации. НАК «Нафтогаз» в структуре своей дочерней компании «Укртрансгаз» создал филиал под названием «Оператор ГТС», в котором намерен до конца года сосредоточить все газотранспортные активы, подлежащие передаче новому оператору — МГУ — с 1 января 2020 года. Параллельно, выполняя утвержденный Кабинетом министров еще в 2016 году план анбандлинга, НАК планирует создать отдельного оператора для управления подземными газовыми хранилищами.

Пока это также филиал в структуре «Укртрансгаза», которому планируется передать активы стоимостью 169 млрд гривен. В НАКе необходимость выделения активов ПХГ в отдельную компанию ранее объясняли тем, что потенциальных инвесторов могут отпугнуть возможные судебные разбирательства со структурами олигархов Игоря Коломойского и Дмитрия Фирташа из-за порядка 15 млрд кубометров «спорного газа в хранилищах». Кроме того, в интервью РБК-Украина глава набсовета «Нафтогаза» Клэр Споттисвуд заявила, что «для осуществления транзита газа оператору ГТС не нужны подземные хранилища» и подтвердила планы компании разделить газотранспортный бизнес и ПХГ, оставив последние в структуре «Нафтогаз Украины», по крайней мере «до решения проблемных вопросов».

Почему анбандлинг нельзя осуществить уже в этом году?

Летом 2016 года, утвердив план анбандлинга отдельным постановлением №496, Кабинет министров рассчитывал, что передать ГТС новому оператору «Нафтогаз» будет должен через 30 дней после окончания судебного разбирательства с «Газпромом» в Стокгольмском арбитраже. Решение по «транзитному» иску трибунал вынес в конце февраля 2018 года, поэтому чиновники ожидали завершения анбандлинга к апрелю. Но украинской стороне не удалось добиться решения арбитров, которое бы позволило «Нафтогазу» передать свои права и обязательства по транзитному контракту другой компании. Сейчас НАК может это сделать лишь с письменного согласия «Газпрома», а российский монополист настаивает на том, чтобы компания «Нафтогаз» оставалась стороной контракта, блокируя тем самым процесс анбандлинга. Сроки действия контрактов от 2009 года на транзит и поставку российского газа истекают 31 декабря 2019 года.

Как ГТС будут передавать новому оператору?

Нормы Третьего энергопакета ЕС предполагают несколько моделей анбандлинга. До сих пор НАК заявлял о том, что будет следовать той, которая предусматривает разделение компании по структуре собственности — ownership unbundling. Она подразумевает, что газотранспортные активы будут переданы другой компании из структуры НАКа, и новый независимый оператор ГТС — Transmission System Operator — будет отвечать за осуществление транзита.

Впрочем, в конце декабря прошлого года «Нафтогаз» заявил, что рассматривает, в том числе и возможность реализации другой модели анбандлинга, которая также предусмотрена европейским законодательством — ISO (Independent System Operator). В случае ее реализации газотранспортные активы остаются в структуре «Нафтогаз Украины», но их управление будет передано другой компании-оператору. «Какая модель будет выбрана — ownership unbundling или ISO — не важно. Этот выбор предстоит сделать украинскому правительству», — заявила в декабре глава набсовета «Нафтогаза» Клэр Споттисвуд.

Для выбора оптимальной модели НАК привлек консалтинговую компанию Ernst & Young, которая представила пять вариантов разделения «Нафтогаза»: два из них по модели ownership unbundling, три — ISO. Несколько сценариев ІSO — анбандлинга подразумевают сохранение НАКом контроля над транзитными активами. При этом глава правления «Нафтогаза» Андрей Коболев заверил, что впоследствии правительство может «изменить ISO-модель на ownership».

«Я не верю, что сейчас, на первых порах новый оператор будет в состоянии осуществлять в полной мере свою деятельность без обсуждения ключевых вопросов с «Нафтогазом»», — заявил он в декабре, представляя отчет по проведению анбандлинга. Важно понимать, что помимо Кабинета министров, которому предстоит выбрать и утвердить одну из моделей проведения анбандлинга, Верховной раде придется одобрить ряд серьезных изменений в профильное законодательство, которым регулируется рынок газа.

Какая главная цель разделения «Нафтогаза»?

И в «Нафтогазе», и в МГУ рассчитывают, что анбандлинг в соответствии с нормами европейского законодательства позволит новому оператору ГТС привлечь в качестве партнеров по управлению западные компании. Андрей Коболев ранее неоднократно заявлял, что, таким образом, помимо инвестиций в газотранспортный бизнес, Украина сможет заручиться «поддержкой и доверием европейских стран к Украине как к надежному транзитному маршруту российского газа». Рада возможность привлечь иностранных партнеров для управления ГТС предусмотрела еще в августе 2014 года. Тогда был принят закон, позволяющий привлекать иностранные компании или их консорциум в капитал системного оператора ГТС на условиях 49% (речь идет об управляющем пакете, а не о приватизации). Свои предложения Украине уже прислали словацкая компания Eustream, итальянская Snam, консорциумы Нидерландов и Франции — Gazunie и GRTgaz, немецкая — Verbunddnelz Gaz AG, а также польская, румынская, бельгийская, испанская и греческая газовые компании-операторы. Учитывая, что европейские страны — крупнейшие потребители российского газа, для «Газпрома» участие их компаний в работе ГТС может стать весомым аргументом для продолжения транзита по украинской территории. Пока же «Газпром» открыто заявляет о намерениях транспортировать газ в Европу без участия Украины, построив вторую ветку газопровода «Северный поток» (мощностью 55 млрд кубометров) и завершить строительство части «Турецкого потока» (32 млрд кубометров).

Готовы ли европейские компании инвестировать в украинскую ГТС ?

В августе 2018 года западные операторы газотранспортных систем объединились в Консорциум партнеров. Речь идет как минимум о семи компаниях, которые ранее заявили, что заинтересованы участвовать в управлении украинской газовой магистралью. В интервью РБК-Украина глава набсовета МГУ Вальтер Больц пояснил, что сейчас участники Консорциума подписывают соответствующее соглашение и обсуждают вопросы транзита с «Нафтогазом» и МГУ. «Благодаря участию такого Консорциума вероятность того, что долгосрочный контракт на транзит газа с «Газпромом» будет подписан, возрастает. Если европейские компании-операторы станут партнерами по управлению украинской ГТС, они помогут убедиться в том, что актив управляется правильно, что тарифы на транзит покрывают затраты, и все необходимые инвестиции осуществлены», — пояснил изданию Больц.

По словам главы набсовета НАКа Клэр Споттисвуд, Консорциум пока готов оказывать украинской стороне консультационную поддержку, помочь с поиском квалифицированных кадров и активно участвует в обсуждении процесса анбандлинга. «Я надеюсь, что они будут заинтересованы инвестировать в газотранспортные активы после проведения анбандлинга. Но сейчас очевидно, что эти компании пока не готовы выходить в Украину с инвестициями», — заявила она в интервью изданию.

«Никто из них (участников Консорциума, — ред.) не готов сейчас потратить миллиарды на покупку доли украинской ГТС. Но я думаю, они действительно заинтересованы в управлении этим активом, помочь с инвестированием обоснованной суммы (может не напрямую) в модернизацию газотранспортной системы», — уточнил Вальтер Больц. По его словам, сейчас международные партнеры ожидают подписания всеми сторонами обязательного к выполнению контракта (binding agreement, — ред.) «Это обяжет обе стороны — НАК и МГУ — создать нового оператора газотранспортной системы до конца 2019 года», — пояснил он.

На каком этапе переговоры Украины, ЕС и России о транзите газа по ГТС?

В прошлом году трехсторонние встречи на уровне экспертных консультаций проходили в Брюсселе дважды — в июле и сентябре. Причем, по словам Андрея Коболева, осенью переговоры проходили без участия российской стороны — тогда представители «Газпрома» встречу проигнорировали. Очередной раунд запланирован на 21 января, о чем сообщил вице-президент Еврокомиссии Марош Шефчович. Впрочем, и в этот раз встреча вряд ли будет конструктивной. Вчера российский «Газпром» заявил, что взаимоотношения с «Нафтогазом» и обсуждение нового контракта о транзите газа после 2019 года «будут зависеть главным образом от решения спорных вопросов, восстановления баланса интересов и симметрии в обязательствах сторон в рамках действующих контрактов».

При этом «Газпром» не считает, что трехсторонние встречи «имеют статус переговоров между компаниями». В ответ в «Нафтогазе» заявили, что в украинской компании «восстановление баланса отношений» понимают исключительно как выполнение решений Стокгольмского арбитража, которые обязывают российского монополиста придерживаться действующего контракта. А это значит, что «Газпром» «должен выплатить «Нафтогазу» 2,7 млрд долларов за транзит, до 2020 года — транспортировать по территории Украины не менее 110 млрд кубометров газа и по заявке НАКа поставлять топливо по цене, «сниженной до уровня цен на немецком рынке (хабе)».

Кроме того, летом прошлого года «Нафтогаз» подал новый «транзитный» иск в Стокгольмский арбитраж, оценив свои претензии на сумму в 12 млрд долларов. Причина — потенциальные убытки украинской газотранспортной системы, если «Газпром», построив газопроводы в обход Украины, откажется от транзита по ГТС и не выполнит свои обязательства по действующему контракту. «Фактически мы говорим российским коллегам: если вы строите и не хотите транспортировать, то компенсируйте. Если хотите транспортировать и готовы подписать долгосрочный контракт по европейским правилам, с гарантиями, что эти деньги вы нам заплатите, мы готовы от иска отказаться, пересмотреть или изменить его», — заявил Коболев в интервью «5 каналу».

В чем основные риски для Украины?

У страны осталось не так уж много времени, чтобы определиться с моделью анбандлинга, принять необходимые законодательные изменения и подготовиться к разделению «Нафтогаза». Это требует слаженной работы правительства, парламента, регулятора, НАКа и МГУ. До сих пор львиная доля драгоценного для страны времени тратилась на выяснение отношений между всеми участниками процесса. В результате четких ответов на вопросы о том, по какой схеме будет проходить анбандлинг, какими функциями все же будет наделен новый оператор ГТС, когда запустится полноценный рынок газа и может ли страна рассчитывать на иностранные инвестиции, до сих пор нет.

Это, в свою очередь, не способствует укреплению доверия к Украине у европейских партнеров, которые, с одной стороны, заинтересованы в транзите российского газа по украинской трубе, с другой — участвуют в проектах «Газпрома» по строительству альтернативных украинской ГТС газопроводам. При этом в НАКе рассматривают несколько сценариев развития ситуации после 2019 года, в том числе отсутствие нового контракта с «Газпромом», значительное сокращение объемов транзита по нашей территории в ближайшие несколько лет, и как следствие — «нулевой транзит». В таком случае, страна не только лишиться порядка 3 млрд долларов ежегодной платы за транзит газа, но и будет вынуждена оптимизировать свои газотранспортные мощности.

Читайте также: