3амена Дерипаски во главе UC Rusal едва не лишила Украину одного из портов

logo


От работы Днепро-Букгского морского порта (ДБМП) косвенно зависит развитие украинской авиаракетной индустрии, а напрямую зависит весь бизнес российской алюминиевой монополии. 

8 января Конгресс США заблокировал ранее намеченные на 7-28 января действия администрации Дональда Трампа по снятию санкций с одного из крупнейших представителей российского капитала в Украине — компании UC Rusal. Несмотря на санкции, она продолжает доминировать на украинском рынке сплавов первичного алюминия, которые служат сырьем для авиаракетной промышленности. А история показывает, что задачей властей РФ является тормозить развитие этого сектора украинской экономики. UC Rusal до 2017 года владела крупнейшим украинским производителем первичного алюминия – Запорожским алюминиевым комбинатом (ЗАЛК) и крупнейшим в Европе месторождением кремния — Глуховским ГОК на Сумщине. И хотя эти предприятия были возвращены государству, они уже больше года не могут возобновить полноценную работу из-за того, что у российского владельца остается два ключевых актива, производящих алюминиевые полуфабрикаты, — это ООО «Николаевский глиноземный завод» (НГЗ) и арендуемый им у государства Днепро-Бугский порт (ДБМП).

Вопреки международным станциям против UC Rusal в 2018 году НГЗ и арендуемый россиянами у Украины порт получили более $200 млн. экспортной выручки и вернули себе из украинского государственного бюджета почти 1 млрд. грн. возмещения налогов. Это стало возможным благодаря тому, что украинские власти в 2017-18 году смягчили санкции против этой российской компании. В частности, в мае прошлого года без указания причин санкции были ослаблены и сокращены с 8-ми до 2-х позиций. 

В нынешних санкциях остались только запрет на вывоз капитала до 2021 года и запрет участия в приватизации, аренде государственного имущества резидентами других государств. Предыдущие украинские санкции против UC Rusal принимались 28 апреля 2017 года президентским указом 133/2017 со сроком действия всего лишь на год, но имели беспрецедентную жесткость, и включали такие меры, как блокирование активов; прекращение выполнения финансовых и экономических обязательств; запрет на участие в государственных закупках; обездвиживание ценных бумаг; запрет Нацбанку Украины регистрировать участника платежной системы; запрет на передачу технологий.

Ослабление санкций Украины против UC Rusal сопровождалось запоздалым решением наложить санкции против главы наблюдательного совета компании Олега Дерипаски. Они были приняты президентским указом 126/2018 только 4 мая прошлого года, в то время как международные ограничения по этому персонажу в США и других странах принимались намного раньше, чем в Украине, еще осенью 2017 года.

Задержка и ослабление украинских санкций принесли Дерипаске немалую пользу. В мае 2018 года он добровольно оставил пост главы компании и начал первую попытку ротации связанных акционеров UC Rusal. Задачей этой ротации было намерение Дерипаски продать украинский НГЗ связанному лицу, швейцарской компании Glencore, которая владела 8% акций акций UC Rusal.

Олег Дерипаска (на снимке) нашел способ минимизировать вред для своего бизнеса от международных санкций.

Стратегическая зависимость этой российской алюминиевой монополии от украинского НГЗ связана с тем, что группа компаний Олега Дерипаски не имеет своих частных портов в РФ. Например, этот олигарх только в конце 2017 году под влиянием санкций США, предпринял попытку вложить $100млн. в строительство глиноземного терминала в дальневосточном порту Ванино. Но эта очень удаленная от алюминиевых заводов европейской части РФ стройка завершилась неудачей.

Использование терминалов в Мурманске и Находке осложняется тем, что их владельцы, такие как глава “Мечел” Игорь Зюзин, выставляют Дерипаске слишком высокие тарифы. И до сих пор, ежегодно, более 3 млн. тонн руды бокситов и 2 млн. тонн глинозема поступают на алюминиевые заводы РФ с территории Украины. Происходит это исключительно благодаря сохранению контроля компании UC Rusal над украинским НГЗ и аренде государственного порта ДБМП.

Таким образом, критическая важность срочного переоформления прав собственности НГЗ на дружественных лиц была очень высокой. Но летом прошлого года первая попытка Дерипаски провести ротацию собственников украинского завода завершилась неудачей. Glencore, вместо того чтобы купить НГЗ, избавилась от принадлежавшего ей пакета акций UC Rusal, а глава швейцарской компании Айван Глазенберг под страхом санкций вообще покинул все руководящие органы в российской алюминиевой монополии. Наряду с Глазенбергом, из этих органов вышли бывший председатель правления Маттиас Варниг, а также австриец Зигфрид Вольф, партнер украинского финансиста Александра Ярославского по строительной фирме Strabag.

Перед началом 2019 года Дерипаска предпринял новую попытку ротации капитала UC Rusal и номинальных кипрских владельцев украинского НГЗ. В ходе этой попытки правительство США получило и одобрило так называемый план снятия санкций, который Вашингтону представил британский лорд Gregory Leonard George Barker. В 2010-12 годы он занимал должность одного из министров в кабинете Дэвида Камерона, а перед этим работал в РФ в группе компаний олигарха Романа Абрамовича. Этот магнат составляет костяк так называемой “семейной” финансовой группы наряду с Дерипаской, который является членом семьи экс-президента РФ Бориса Ельцина (женат на Полине Юмашевой, дочери зятя Ельцина). По плану Баркера-Абрамовича администрацию Дональда Трампа попросили дать Дерипаске еще один шанс снять санкции. И, после ухода Glencore, уже во второй раз попытаться найти среди акционеров UC Rusal других вероятных претендентов на ротацию капитала компании, включительно с правами на украинский НГЗ.

Администрация Дональда Трампа в декабре 2018 года одобрила этот план, но ныне принятое решение Конгресса США этот план срывает. В результате реализации плана, 29 декабря UC Rusal избрал нового главу правления — это открыло дорогу к ротации капитала и решению проблемы с санкциями против собственника украинского НГЗ и аренды государственного порта ДБМП. Новым главой правления алюминиевой монополии вместо немца Маттиаса Варнига стал француз Жан Пьер Тома, политик из правительства Николя Саркози.

Новоизбранный глава российской алюминиевой монополии до новой работы возглавлял компанию по утилизации свинцовых аккумуляторов Recylex, а ранее 15 лет работал в инвестиционном банке Lazard frere. Аккумуляторная фирма Тома состоит в холдинге Imetall французской ветви банковской группы Rothschild & Co.

Представитель британской ветви этой группы, Nathaniel Philip Rothschild, в 2010-12 годах был сопредседателем правления UC Rusal и занимался наращиванием ее международных активов с помощью принадлежащей ему Lazard frere. Нарастить активы алюминиевой монополии до необходимой меры не удалось и N.Р Rothschild тогда покинул свое место в органах российской алюминиевой монополии. В то же время, в отличие от этого британского инвестора, представители французской ветви финансовой группы Rothschild продолжали поддержку Дерипаски. Вплоть до начала санкций их банки активно кредитовали операции компании Glencore с российской алюминиевой монополией.

Новый глава UC Rusal Жан Пьер Тома по своему рангу функционально не принимал участия во всех этих перипетиях. Но детали инвестиционной политики, проводимой одной из крупных финансовых групп Франции, сейчас очень необходимы. Эти детали позволяют реально оценить степень политического риска, в который погрузились операции и капитал UC Rusal в Украине после решения Конгресса США от 8 января.

В настоящее время степень этого риска формируют несколько факторов. Первый из них — в 2019 году одна из трастовых компаний группы Rothschild & Co выплатила украинскому президенту Петру Порошенко более миллиарда гривен дивидендов от доверительных операций. Второй фактор — в 2017 году, еще до принятия санкций США и Украины, украинские власти провели провальную попытку аннулировать аренду государственного порта ДБМП компаниями группы UC Rusal. В результате этого провала, а по сути умышленной “судебной очистки”, украинский порт остался в руках российских собственников несмотря на многолетние военные действия между двумя странами. 

Третий фактор — летом 2017 года Lazard frere и Rothschild & Sie были единственными компаниями, которые подавали заявку на тендер НАК “Нафтогаз Украины” по предоставлению услуг по выбору инвестора для аренды украинской газотранспортной системы. Другие претенденты в конкурс не попали и конкурс, несмотря на критику со стороны правительства, выиграла последняя из двух указанных компаний. И четвертый фактор — специализация компании Recylex, которую Жан Пьер Тома возглавлял до прихода на пост главы UC Rusal, полностью пересекается со специализацией лидера украинского рынка аккумуляторов, компанией “Иста”, которая в 2000-х годы входила в холдинг “Укрпроминвест” Петра Порошенко. Обе компании являются лидерами своих стран по сбору цветного металлолома и вторичной металлургии свинца.

Последний, пятый фактор новых политических рисков UC Rusal в Украине означает, что новый глава этой компании Жан Пьер Тома, который в отличии от Олега Дерипаски не находится под персональными украинскими и международными санкциями, может беспрепятственно прибыть в Украину и воспользоваться однопрофильностью деятельности Recylex и “Иста”, используя ее, например, для развития диалога между реальными собственниками предприятий. Родственность бизнеса вполне сможет помочь им достичь компромисса с украинскими политиками в главной для UC Rusal задаче — дальнейшем ослаблении украинских санкций против российской алюминиевой монополии, которые уже и так были максимально ослаблены весной 2018 года.

Суммарный риск такой перспективы очевиден: американские законодатели, которые ныне решением Конгресса заблокировали снятие санкций с российской компании, могут пойти дальше. Например, начать расследование вопроса, почему Украина, которая получает от США оружие и финансы для противостояния с РФ, в 2017 году “очистила через справедливое решение суда” право аренды украинского государственного порта инвестором, деятельность которого на территории США остается фактически полностью заблокированной. Или — заняться тщательным изучением реальных причин очень и очень существенного ослабления украинских санкций против UC Rusal.

Андрей Старостин, специально для Lenta.UA