Катастрофически отстали: Чем живут те, кто ищет в Украине нефть и газ

logo


Украинская геологическая служба 2 февраля отмечает столетний юбилей. Создание службы приурочено к дате создания украинского геологического комитета Украинской народной республики (УНР) (1 февраля). Благодаря службе были открыты все нынче действующие месторождения в стране, в том числе стратегически важных нефти, газа, руды.

В советское время в службе работали 50 тыс. сотрудников, сейчас 4,5 тыс. Активно велись геологоразведывательные работы: благодаря открытию месторождений в 70-80-х годах в Украине добывалось около 67 млрд куб. м природного газа, что в советских рублях оценивалось в 560 млн. Сейчас добывается только 20 млрд куб м. Объемы добычи нефти сократились с 3,5-4 млрд т до 1,7-1,8 млрд т.

Из-за катастрофического недофинансирования в последние годы украинская геологическая служба не может полноценно реализовывать свое главное задание — развитие и наращивание минерально-сырьевого потенциала за счет проведения геологических исследований, поисковых и других работ. Она не в состоянии покупать современные технологии, которые есть в странах с более стабильной экономикой.

«Финансирование службы за последние годы было уменьшено в несколько раз. Уже 3-5 лет финансирование из госбюджета не превышало 100 млн грн. Нынешний год не исключение. В то же время, согласно утвержденной в 2011 году программе развития минерально-сырьевой базы, финансирование должно быть на уровне 1,2-1,3 млрд грн. В связи с недофинансированием программа выполнена не более чем на 17%. В последние годы и вовсе выполнялась на уровне 4-4,5%», — рассказал первый заместитель главы Государственной службы геологии и недр Николай Фощий.

Недофинансирование по программе оценивается в около 7 млрд. В то же время от рентной платы за пользование недрами, налогов от добывающей отрасли бюджет ежегодно получает не менее 42 млрд грн. Эти средства направляются не в разведку новых месторождений, а на финансирование социальных программ – пенсионных, здравоохранения. «Уменьшаются балансовый ресурсный потенциал и запасы по основным полезным ископаемым. Мы фактически срабатываем запасы и то, что должно обновляться, не обновляется в той мере, в которой это необходимо. Это касается и углеводов, которые мы сработали на протяжении последних 5 лет (порядка 80 млрд куб м), но не пополняли за счет введения новых месторождений. Такая же картина и по рудным ископаемым», — говорит Фощий.

Согласно мировой практике, для сбалансированного развития нефтегазовой отрасли прирост запасов ежегодно должен быть хотя бы в 2 раза больше, чем добыча. То есть если добываем 20 млрд куб м газа в год, то необходимо разведывать запасов (подтвержденные объемы) минимум на 30-40 млрд куб. м, а ресурсная база (неподтвержденные запасы) должна быть изучена в пределах объема 100 млрд куб. м. В Украине же из-за отсутствия финансирования приращивается значительно меньше. Если раньше поисковое бурение было до 200 тыс. погонных метров, бурилось около 40 скважин в год, то сейчас вводится не более одного объекта в год, что минимум на порядок меньше, чем нужно.

Сейчас инвесторам предлагают спецразрешения на месторождения, наработанные за последние 30-40 лет. Но если ситуация никак не изменится в лучшую сторону, скоро предложить будет нечего. Если сегодня не возобновить геологическую разведку, завтра наши ресурсы будут исчерпаны. Без увеличения добывающего потенциала у нас не будет, что наращивать, говорят в службе.

Сейчас геологическая служба просит правительство увеличить ее финансирование хотя бы до 750 млн грн с нынешних 100 млн грн, Кабмин обещает рассмотреть вопрос по результатам I квартала.

Из-за отсутствия финансирования служба не может завершить работы по созданию карты наличия полезных ископаемых ГДП-200. На основании этих данных возможно проведение разведки и поиска ископаемых. На сегодня заснято только 70% территории, не выполнено 40 листов (всего их 160). Проект ГДП-200 недофинансирован на уровне 300 млн грн. Минимальное финансирование, необходимое для его завершения в ближайшие пять лет, составляет около 60 млн грн.

Отметим, что это первая карта богатств украинских недр в двухсоттысячном масштабе. Предыдущие были в миллионном и пятисоттысячном. В то же время ряд стран, таких как Великобритания, Испания, уже покрыты съемкой десятитысячного масштаба. Чем меньше масштаб, тем выше детальность изучения и достоверность получения геологического результата, пояснил Фощий.

По программному и техническому обеспечению от Европы мы отстаем на 20 лет. Те геологоразведывательные работы, которые проводятся, выполняются по технологиям 60-70-х годов.

Из-за недостаточного финансирования значительно снизились возможности службы по прогнозированию природных и техногенных катастроф (экзогенные процессы – смещения, подтопления, эрозия). «По экзогенным процессам проводятся только минимальные работы. Если ранее мы вели мониторинг и катастрофы могли прогнозировать в большей степени, то сегодня прогнозы имеют общий рекомендательный характер и не отвечают мировым требованиям», — рассказал Фощий.

Последние три года из-за действия моратория была парализована еще одна важная функция службы — геологического контроля или надзора за рациональным использованием и выполнением условий спецразрешений. Отметим, что в функцию службы также входит предоставление данных спецразрешений. Мораторий закончился 1 января 2018 года, но до сих пор отсутствует нормативный документ и, соответственно, нет ясности, будет ли он продлен.

Вопрос проверки выполнению инвестиционных программ особенно важен, так как при нарушении технологии добычи уменьшаются запасы ископаемых, оказывается негативное влияние на экологию, сказал заместитель директора по научной работе Украинского государственного геологоразведывательного института Михаил Красножон.

«Нельзя нарушать технологию добычи, нужно отбирать так, чтобы сохранить давление, иначе месторождение может заполнить вода. В свое время в Союзе так потеряли Самотлор в Сибири (богатое месторождение нефти)», — говорит эксперт.

Он приводит в пример Шебелинское месторождение (эксплуатирует «Укргаздобыча»). Изначально запасы месторождения оценивались в 360 млрд куб. м природного газа. Через 15 лет оказалось, что вопреки тому, что все годы на нем велась добыча, запасы увеличились до 500 млрд куб м. Три года назад пересчитали — запасы 750 млрд куб м. Дело в том, что под месторождением есть подводные каналы, глубинные каналы, через которые в него выходит газ. Около 2 млрд куб. м газа в год приходит с глубин. «Но отбирать больше того, что подходит, нельзя! 1,8-2 млрд куб. м в год должно отбираться. Иначе можно нарушить давление и крупнейшее в Украине газовое месторождение будет потеряно», — предупредил Красножон.  

Он отмечает, что большинство даже государственных добывающих компаний в Украине условия инвестиционных программ не соблюдают. «В «Укрнафте» 60% программ (а у компании порядка 80 месторождений) не выполняются. 4-5 лет назад мы писали в связи с этим докладную записку – никакой реакции. Через некоторое время после этого им выдали еще 21 лицензию. Также, по словам Красножона, «Укрнафта» за последние 15 лет ни копейки не вложила в разведку. Эксплуатирует только то, что досталось от Советского Союза.

На государственные предприятия в Украине приходятся 270 спецразрешений на использование действующих месторождений. Львиная доля у «Укргаздобычи» – 177, еще 70 у «Укрнафты», у НАК «Надра Украины» – 15 действующих. Еще 200 спецразрешений приходятся на частные компании.

Вот что удалось сохранить, так это человеческий, кадровый потенциал. «Украинская геологическая школа очень сильная. Уровень наших специалистов если не первый, то точно второй в мире. Наши геологи работают в 150 странах мира, в том числе в России. Работают ответственными исполнителями, специалистами, на которых держится разведка. При общении с представителями геологических служб других стран, скажу, европейцы приятно удивлены тому, что мы можем делать даже на том оборудовании и программном обеспечении, которое имеем», — сказал Николай Фощий.

В состав украинской геологической службы сегодня входят 21 предприятие и государственная организация – инспекция геологического контроля. В частности, в службе есть предприятие НАК «Надра Украины» — одна из крупнейших государственных геологоразведывательных компаний. Ее усилиями были открыты большинство действующих украинских месторождений. Раньше компания открывала месторождения и передавала их на баланс других предприятий, они же уплачивали налог на проведение геологоразведывательных работ, и за счет этих средств финансировались дальнейшие поисковые работы НАК. Еще в 2000-х эта цепочка была разорвана. Сейчас компания сама добывает газ на Западной Украине и титановые руды в Житомирской области. Это позволяет ей находиться в довольно благоприятном положении – из всех предприятий геологической службы в «Надрах Украины» самая высокая зарплата.

Компания даже сама профинансировала геологоразведывательные работы – в прошлом году пробурила скважину (что обходится нынче до 5 млн грн), при оптимистической ситуации планируют в 2018 году пробурить еще 2-3 скважины.

В составе службы также предприятие «Янтарь Украины» в Ровно. «Укргеофизика» – компания геологоразведывательного профиля. Специфическое предприятие «Кировгеология», которое в советское время занималось исключительно ураном, а сейчас наряду с ним занимается региональными геологосъемочными работами и разведкой рудных полезных ископаемых. «Причерноморгеология», которое базируется в Одессе, — единственное предприятие, которое имеет два научно-исследовательских корабля. Один из кораблей проводит геофизические исследования шельфа Черного и Азовского морей, второй может выполнять буровые функции на плаву для проведения региональных и других работ на шельфе.

Все предприятия геологической службы имеют общую проблему: катастрофическое недофинансирование и отставание от требований современности, из-за чего многие из них проигрывают частникам, действующим в одной с ними сферах. В частности, в сфере разведки газовых месторождений. Даже государственные добытчики переключаются на покупку услуги у частных компаний.

Минеральный потенциал Украины, по разным оценкам, составляет от 3 до 8 трлн долл. Да, из 130 месторождений антрацитового угля в результате российской агрессии Украина потеряла 120. В то же время на юге Донецкой области, на подконтрольной территории, есть месторождения антрацита, их никто не разрабатывает. Несмотря на то, что из-за аннексии Крыма Украина потеряла почти треть запасов природного газа (на шельфе Черного моря), на глубине 6-8 км имеем еще 8 трлн куб м. Газ есть в Карпатах, есть на подконтрольной территории Донбасса. Есть сланцевый газ, который в стране пока не добывается. По оптимистическим оценкам, его запасы составляют 30-40 трлн куб м, по пессимистическим — 12 трлн куб м. «Если бы мы развивали свою газовую промышленность, то при условии потребления 30-40 млрд куб м в год собственного газа нам бы хватило на ближайшие 80-100 лет. И его все это время не нужно было бы импортировать», — рассказал Красножон.

Елена Голубева

Подпишитесь на 112.ua в вашем Telegram и Facebook. Оперативно и лаконично о самом важном



Читайте также: