Глава Миссии ООН по правам человека в Украине Фиона Фрейзер оценила ситуацию в Украине, на Донбассе и в Одессе

logo


Одесское издание «Думская» поговорило с руководителем мониторинговой миссии ООН по правам человека в Украине Фионой Фрейзер. Миссия эта вот уже четвертый год работает в нашей стране, отслеживая, в том числе, ситуацию в Одессе и области. Представители ООН неоднократно критиковали Украину за то, как велось расследование произошедшего 2 мая 2014 года, указывали на избирательность официального подхода к участникам массовых беспорядков, на многочисленные нарушения, которыми сопровождался и сопровождается судебный процесс над пророссийскими фигурантами дела 2 мая. 

Данный текст является неофициальным переводом с английского.

«Думская». Вы руководите организацией учреждением, которая называется «Мониторинговая Миссия ООН по правам человека в Украине». Как известно из квантовой физики, само по себе наблюдение, мониторинг процесса влияет на сам процесс. Скажите, вы чувствуете это свое влияние на процессы, которые происходят в Украине в последние три года?

Ф.Ф. Короткий ответ – да, но в каждом отдельном случае и в каждой отдельной сфере наше влияние и уровень влияния – разные. Действительно, одна из целей мониторинга ситуации с правами человека – так называемая защита присутствием. Ответственные лица по обе стороны от линии соприкосновения знают, что мы здесь, видят наше присутствие и, таким образом, мы надеемся, потенциальные жертвы лучше защищены. Мониторинг судебных заседаний, связанных с конфликтом, можно привести в качестве примера. Недавно один из подозреваемых сказал нашим сотрудникам в зале суда в Донецкой области: «Спасибо, что вы здесь. Когда я знаю, что вы будете здесь, я чувствую себя более защищенным». Но мы занимаемся не только мониторингом.

Каждые три месяца Миссия публикует доклад о ситуации с правами человека в Украине. Каждый доклад содержит рекомендации правительству Украины, всем сторонам, вовлеченным в боевые действия в Донецкой и Луганской областях, в том числе Вооруженным силам Украины, вооруженным группам самопровозглашенной «Донецкой народной республики» и самопровозглашенной «Луганской народной республики», и международному сообществу.

В отношении Крыма мы адресуем наши рекомендации правительству Украины и правительству Российской Федерации. Мы полагаем, что эти доклады – один из наиболее важных источников информации о ситуации с правами человека Украине. С апреля 2014 года мы опубликовали 17 регулярных и два тематических доклада. И мы надеемся, что они станут дорожной картой для улучшения ситуации с правами человека, обеспечению привлечения виновных к ответственности и справедливости для жертв.

Еще одна составляющая нашей работы – диалог с представителями власти. Его цель – добиться изменений к лучшему в конкретных ситуациях, связанных с правами человека. В этом плане у нас есть несколько успешных примеров. Например, благодаря нашему содействию прокуратура начала расследование нескольких заявлений о применении пыток; ряд задержанных лиц начали получать более качественную медицинскую помощь в СИЗО в результате нашего диалога с сотрудниками пенитенциарной службы. Благодаря механизму перенаправления, который существует между Мониторинговой миссией ООН по правам человека и гуманитарными организациями, мы можем передавать информацию о том, где необходима целенаправленная помощь самым уязвимым гражданам. Люди, с которыми мы ежедневно общаемся в зоне конфликта, чувствуют, что их голос услышан, и они не брошены.

Для Миссии и для меня лично было также очень важным то, что в прошлом году мы смогли встретиться с некоторыми задержанными в связи с конфликтом на территории под контролем вооруженных групп. Они написали и передали нам письма для своих семей на территории, контролируемой правительству. Мы доставили письма за считанные дни, объехав разные регионы страны.

«Думская». В докладах Миссии фигурирует преимущественно негативная лексика, и оценки ситуации весьма пессимистичные. Вы и ваши сотрудники говорите о «вопиющей безнаказанности», о «мрачной» ситуации на Востоке, об усугублении страданий гражданского населения. Скажите, как бы вы оценили ситуацию за последнее время в целом? Какие тенденции — позитивные или негативные? Видите ли вы светлое будущее с точки зрения прав человека, для Востока в частности и для всей Украины?

Ф.Ф. Светлое будущее для прав человека ООН старается видеть в каждой из стран, в которой работает, включая Украину. К сожалению, приближение этого будущего зависит от ООН только в небольшой степени. Мы указываем на проблемы и предлагаем пути их решения на основании международных стандартов и передового опыта. В конечном итоге, правительство несет ответственность за принятие соответствующих законов и положений и их осуществление в соответствии с международными стандартами и взятыми на себя обязательствами. В то же время, огромное влияние может оказывать гражданское общество, подталкивая государство к принятию определенных решений и напоминая гражданам об их правах.

Правительство Украины пригласило Мониторинговую миссию ООН по правам человека в Украину в начале 2014 года, и с тех пор мы наблюдаем за ситуацией в Крыму. В декабре 2016 года Генеральная Ассамблея ООН признала Российскую Федерацию оккупирующим государством. В целом, с апреля 2014 года мы видим, что системные проблемы в различных сферах значительно обострились вследствие вооруженного конфликта на востоке Украины, который длится уже четвертый год. Мы продолжаем работать с правительством Украины, занимаясь этими системными проблемами, но чтобы решить их, потребуется время.

Резюмируя, можно сказать, что ситуация с правами человека в целом не ухудшается, но и особенных прорывов в плане улучшения мы тоже не видим. В результате и в семнадцатом докладе нам приходится констатировать то же самое, что и, скажем, в пятом. Давайте в качестве примера возьмем ситуацию с потерями среди гражданского населения в ходе конфликта. На сегодняшний день, если считать с середины апреля 2014 года, только погибших гражданских лиц более двух тысяч. Так вот, в 2016 году наша Миссия зафиксировала 87 смертей гражданских лиц, связанных с конфликтом. С начала этого года – уже 45. Это, безусловно, огромная трагедия, и о каком-то улучшении говорить тут просто невозможно. Но если мы посмотрим на ситуацию в начале 2015 года, то увидим, что всего за неделю, предшествовавшую соглашению о прекращении огня с 15 февраля, погибло больше гражданских, чем за весь 2016 год. А если отступим еще дальше, в август 2014 года, то увидим, что только за два дня – 13 и 14 августа – количество погибших гражданских лиц было большим, чем за весь 2016 год.   

«Думская». Скажите, понимают ли в Украине проблематику прав человека? По вашему мнению, насколько адекватно воспринимают эти вопросы украинские граждане и украинские официальные лица?

Ф.Ф. Права человека – вещь, в сущности, несложная, понятная людям интуитивно. Поэтому граждане воспринимают проблематику прав человека вполне адекватно. Они хотят того же, что и наша Миссия – соблюдения прав, прописанных в Конституции и международных договорах, ратифицированных Украиной. А о соответствующих юридических материях говорим мы, международные организации, и украинские правозащитники. За редким исключением, проблематику прав человека официальные лица воспринимают адекватно, в том числе наши критические замечания. А вот в практическом плане – сложнее. Многие наши рекомендации остаются частично или полностью неосуществленными уже несколько лет.

«Думская». Мы видим, что Миссия тщательно отслеживает все, что связано с событиями 2 мая 2014 года в Одессе. Согласно последнему докладу, «спустя почти три года после насилия в Одессе 2 мая 2014 года виновные в смерти 48 человек до сих пор не привлечены к ответственности». По вашему мнению, в чем причина? Способны ли в принципе украинские правоохранительные органы расследовать это преступление? Что нужно сделать для того, чтобы расследование было эффективным и соответствовало международным нормам?

Ф.Ф. Действительно, мы внимательно следим за расследованием актов насилия 2 мая 2014 года в Одессе. Наши сотрудники присутствуют на каждом судебном заседании по этому делу. Кроме того, каждое воскресение они мониторят собрания на Куликовом поле, наблюдая, могут ли все граждане реализовать свое право на свободу собраний.  

По нашему мнению, украинские правоохранительные органы достаточно компетентны, чтобы провести успешное расследование. В то же время мы видим, что общество не доверяет как институту следствия в целом, так и расследованию событий 2 мая в частности. Принимая это недоверие во внимание, Генеральная прокуратура Украины намерена привлечь независимых международных экспертов, которые бы помогли в установлении причин гибели 34 человек в Доме профсоюзов в Одессе. Наша Миссия сейчас оказывает содействие в привлечении международных судебно-медицинских экспертов. Мы всегда пишем о событиях 2 мая 2014 года в Одессе в наших публичных докладах.

 

Мы отмечаем непропорциональность и избирательный подход к разным эпизодам этой трагедии в ходе расследования и судебных разбирательств. В то время как пятеро из 20 обвиняемых в массовых беспорядках в центре города находятся под стражей уже почти три года, уголовное дело о насилии в Доме профсоюзов все еще на стадии расследования. В то же время единственный обвиняемый в совершении убийства во время событий 2 мая 2014 года не содержится под стражей. Он является членом групп так называемых активистов – сторонников единства Украины. Как мы писали в нашем последнем докладе, около 30-40 его товарищей, тоже активистов этих групп, посещают все заседания суда по его делу, оказывая давление на суд и представителя потерпевших.

Кроме того, одно из наших наиболее серьезных замечаний – вмешательство в независимую деятельность судей со стороны определенных групп, которые мы называем «сторонники единства». Присутствуя на судебных заседаниях, наши сотрудники зафиксировали ряд случаев, когда такие группы оказывали открытое давление на судей, угрожали им. При этом от правоохранителей, которые также там находились, никакой реакции не последовало.

Отвечая на последнюю часть вашего вопроса о том, что нужно сделать, я бы хотела повторить рекомендацию одного из наших предыдущих докладов. Мы призываем Национальную полицию и Национальную гвардию обеспечить защиту залов заседаний судов, в том числе судей, адвокатов, обвиняемых, пострадавших и свидетелей, посредством достаточного и эффективного присутствия во время слушаний. Для этой цели правительству необходимо предоставить необходимую поддержку и выделить ресурсы. Это критично, так как неоднократное вмешательство в независимость судебной власти в делах, связанных с насилием 2 мая в Одессе, усугубило односторонний характер расследования и привело к неоправданным задержкам.

«Думская». В ваших докладах регулярно всплывает информация о нарушениях процессуального законодательства и конституционных прав граждан, допускаемых сотрудниками правоохранительных органов, в том числе сотрудниками одесского управления СБУ. В основном вы основываетесь на заявлениях сторонников России, находящихся под следствием. Скажите, нашла ли Миссия подтверждение этим фактам? Какова ситуация с пытками сейчас?

Ф.Ф. Данные, содержащиеся в докладах нашей Миссии, основаны на информации из первых рук. Если речь идет о произвольных задержаниях или пытках, это информация от самих жертв или свидетелей. Некоторые из них в момент интервью, действительно, находились под следствием, но так было не во всех случаях. Как правило, жертвы пыток начинают рассказывать о том, что с ними произошло, спустя какое-то время. Они либо не имели возможности рассказать об этом сразу, либо не верили, что это им поможет, либо просто боялись возмездия. Поэтому даже сегодня мы документируем случаи, которые имели место месяцы и даже годы назад.

С оговорками можно сказать, что сегодня в зоне конфликта пытки применяются в меньших масштабах, чем это было в 2014 и 2015 годах. Но главное заключается в том, что они продолжают применяться – по обе стороны линии соприкосновения. В каждом конкретном случае мы призываем правоохранительные органы Украины, в частности прокуратуру, проводить надлежащее расследование. К сожалению, в подавляющем большинстве случаев мы видим, что применение пыток остается безнаказанными, отражая общесистемную проблему – низкий уровень привлечения виновных к ответственности. Например, в апреле 2017 года Приморским районным судом г. Одессы повторно было отменено постановление прокуратуры Одесской области о прекращении уголовного производства по факту применения пыток со стороны сотрудников СБУ — как вынесенное преждевременно и безосновательно. Согласно той информации, которой мы располагаем, в течение 10 месяцев сотрудники прокуратуры даже не допросили всех фигурантов, которые в это время находились в СИЗО г. Одессы.

В ноябре 2016 года в рамках нашего сотрудничества с Генеральной прокуратурой Украины, военной прокуратуре Одесского гарнизона Южного региона Украины была передана информация о задокументированных утверждениях о случаях пыток и жестокого обращения со стороны сотрудников СБУ. К сожалению, на данный момент Миссия не видит существенного прогресса в данном расследовании.  

«Думская». В ваших докладах фигурировали так называемые «секретные тюрьмы» СБУ. Расскажите подробнее о них, нашлись ли доказательства существования таких мест? Есть ли секретная тюрьма в Одесской области?

Ф.Ф. Если вы внимательно читали наши доклады, термина «секретные тюрьмы СБУ» в них нет. Но, действительно, случаев произвольного содержания под стражей в местах, которые не являются официальными местами содержания под стражей, в наших докладах приводится немало. И очень часто речь идет о Службе безопасности Украины. Наиболее известный пример – здание УСБУ в Харьковской области. В этом здании, начиная с 2014 года и по август прошлого года, незаконно содержались десятки людей. Мы писали об этом в наших докладах с сентября 2014 года. Но последних содержавшихся там лиц освободили только после инцидента с недопуском Подкомитета ООН по предупреждению пыток в мае 2016 года и публикации доклада «Международной амнистии» в июне 2016 года.

Сейчас Генеральная прокуратура Украины ведет соответствующее расследование, и мы с нетерпением ждем его результатов. Мы также задокументировали аналогичные случаи в отношении здания УСБУ в Донецкой области в Мариуполе. У нас есть сообщения о других подобных местах, и мы продолжаем изучать ситуацию, чтобы подтвердить факты. Однако многие такие места просто невозможно установить – когда жертву с мешком на голове привозили в какой-то подвал и в течение месяца содержали там, подвергая избиениям и запугиванию.

Что касается Одесской области, то мы задокументировали несколько предположительных фактов произвольного задержания. Например, согласно предоставленной нам информации, в 2015 году подозреваемого незаконно удерживали в течение пяти суток в помещении УСБУ в Одесской области.  

«Думская». Как вы относитесь к обменам? В ситуации, когда нет состояния объявленной войны и нет «военнопленных», обмен является не совсем законным процессом и зачастую сопровождается нарушениями — например, незаконным содержанием под стражей людей, которые формально освобождены из-под стражи. Как в данном случае совместить принципы гуманизма и требования закона?

Ф.Ф. Наша позиция по данному вопросу проста: освобождение по принципу «всех на всех» должно происходить в соответствии с международными стандартами, а не приводить к нарушениям международного права. В частности, после освобождения эти лица не должны перемещаться на другую сторону от линии соприкосновения против их воли. Кроме того, как подчеркивается в нашем последнем докладе, освобождение по принципу «всех на всех» не должно привести к безнаказанности виновных в совершении военных преступлений, особенно в рамках амнистии, предусмотренной Минскими соглашениями.

Беседовал Сергей Дибров

 



Читайте также: